Ангела Меркель в преддверии саммита G7 озвучила три основные угрозы современного мира

В статье Ангелы Меркель, опубликованной в преддверии саммита G7, перечислены три основные угрозы современному миру. Список полностью совпадает с тем, что огласил ранее Обама: Россия, Эбола и ИГИЛ. Вместо того, чтобы вновь доказывать бессмысленность этого тезиса, России стоит огласить собственный список угроз.
«Кто бы мог поверить в то, что через 25 лет после окончания холодной войны европейский миропорядок будет поставлен под сомнение аннексией Крыма? Или в то, что распространение лихорадки Эбола может дестабилизировать несколько африканских государств и затормозить их развитие? Или в то, что на Ближнем Востоке исламистская террористическая организация попытается установить так называемый халифат на территории двух государств? Этих примеров – все они входят в повестку нашего саммита – достаточно для того, чтобы продемонстрировать: глобальные вызовы требуют международного ответа», – пишет фрау канцлер.

Помимо этого, «большая семерка» также обсудит борьбу с голодом и бедностью, проблемы изменения климата, ситуацию в глобальной экономике, вопросы безопасности на промышленных объектах и права женщин.

Поскольку Меркель не сказала ничего нового в сравнении с достопамятной речью Обамы, повторяться и указывать на неприемлемость помещения крупнейшего государства планеты в один ряд с болезнью и террористической группировкой, наверное, не следует. Это и так очевидно. В связи с этим можно разве что отметить полный отказ Германии от собственного видения ситуации в мире и абсолютное следование в русле американской политики. Так что американская оппозиция зря обвиняет своего президента в бесхребетности: Берлин полностью подчинен Вашингтону, после статьи Меркель в этом нет ни малейших сомнений. Впрочем, это проблема, которую могут решить немецкие избиратели, но не Россия.

Первая и главная угроза – попытки США распространить свое законодательство на всю планету. Самый последний пример – скандал в ФИФА. И дело не только в том, что законодательство в США плохое, ибо в XXI веке смертная казнь – ничем не оправданная дикость. Дело в том, что законодательство это чужое для всех стран, которые называются не США. Право судить преступников по своим законам – неотъемлемая часть государственного суверенитета. А покушения на чужой суверенитет ничем хорошим никогда не заканчиваются. Если государство не в состоянии дать адекватный ответ агрессору, то оно деградирует, пример чему мы можем наблюдать сейчас на Ближнем Востоке.

Вторая угроза совпадает со списком Обамы – Меркель. ИГИЛ – это, безусловно, новое явление, принципиально отличающееся от ранее существовавших террористических группировок. И если эпидемия Эболы пошла на спад, ИГИЛ только прогрессирует, захватывает территории и вербует новых членов по всему миру. Бороться с террористическим псевдогосударственным образованием можно, только объединив усилия всего международного сообщества. Но тут возникает третья угроза: разобщенность мира.

Государства не желают слышать друг друга, вместо диалога происходит серия монологов. Сколько раз говорилось о том, что послевоенный миропорядок разрушило признание независимости Косово, а вовсе не последовавшие за этим действия России – нет, не слышат. Сколько раз говорилось, что Россия готова вести переговоры с кем угодно на условиях равноправия – не слышат, продолжают поучать.

Собственно, само существование G7 – это противопоставление семи стран всему остальному миру. НАТО – противопоставление 28 государств всему остальному миру и так далее. Страны, больше всех говорящие о равноправии, отказывают подавляющему большинству населения мира в тех правах, которые дали себе. И этот перекос – тоже угроза, поскольку любая несправделивость рано или поздно приводит к попыткам изменить ситуацию силой.

Если вдруг в Белоруссии произойдет прозападный переворот и новый лидер поставит целью вступление в НАТО, то на Западе этот режим немедленно объявят легитимным. А если в результате переворота к власти придет политик, который заявит о стремлении сделать Союзное государство с Россией на самом деле единым, более того, проведет референдум по этому поводу, произошедшее назовут «ползучей аннексией» и сурово осудят.

Ситуация с главой ФИФА Блаттером, который, вопреки агрессивной пиар-кампании, развернутой против него, все-таки выиграл выборы, но был вынужден уйти из соображений собственной безопасности, – пример из той же серии. Мало ли кто там как проголосовал, если в Вашингтоне другое мнение по этому поводу?
Саммит G7 – это вовсе не демонстрация единства «цивилизованных» стран. Это символ глобального раскола современного мира.

Отсюда вырастает более глобальная угроза – приверженность G7 политике двойных стандартов. Кто тут шпион, а кто разведчик, кто благородный повстанец, а кто коварный террорист, что есть восстановление территориальной целостности, а что есть аннексия – решает американский президент и его союзники.